Пасхальное Шествие
ГлавнаяНовостиИсторияСостав
альбомы - Пишите письма. Часть 2 - тексты
АльбомыАудиоВидеоФотоПрессаРазное
Гостевая книгаПишите письма
Пишите письма. Часть 2 - 1997-99
тексты[информация]  [история]


Медиум

Сейчас будет нечто:
Начинаем сеанс спиритизма.
За спиной моей - Отчизна
И чуть-чуть того, что вечно.
Я с одной стороны
Открываю суть -
Поговорим о чем-нибудь.

Я с кем-то на связи.
Зашифрованные звуки.
Нет еще такой науки,
Выходить из грязи в князи.
Может здесь нам с тобой
Стоит глубже капнуть -
Поговорим о чем-нибудь

Поговорим

Сто лет за спиной,
Пару сотен лет в запасе.
Я опять с тобой на связи,
Я умею быть тобой.
Эта скучная явь,
Как назло - не уснуть.
Поговорим о чем-нибудь.

Поговорим,
Поговорим,
Поговорим,
Поговорим.

Сейчас будет нечто:
Начинаем сеанс спиритизма.
За спиной моей - Отчизна
И чуть-чуть того, что вечно.
Эта скучная явь...



Курьер

Мой мраморный пони
Едет в десятом вагоне,
А я стою на пироне
В тоске и в жутком обломе.
Летят поезда, как ракеты,
Везут дембелей и пакеты,
А я курю сигареты
И трачу на пиво монеты.
Карьера курьера
Совсем не карьера.
Я, видимо, делаю
Видимость дела.
Мои ордена и медали
Наверно кому-то отдали,
А мне подарили сандали
Из нержавеющей стали.
А я то за Сивку и Бурку -
То в медвытрезвитель, то в дурку,
Иду по деньгам и окуркам
То к немцам, то к нашим, то к туркам.
Карьера курьера
Совсем не карьера.
Я, видимо, делаю
Видимость дела.
Пробили двенадцать куранты,
Нормальные спят и мутанты,
Один я с бутылочкой "Фанты"
Ныряю в купе и плацкарты.
Ну где ж ты мой мраморный пони,
В каком же ты едешь вагоне?
Я в жуткой тоске и обломе
Стою как всегда на перроне.
Карьера курьера
Совсем не карьера.
Я, видимо, делаю
Видимость дела.


Прячутся в густой траве

Прячутся в густой траве
Насекомые от птиц.
Вся трава и вся листва
В глянце наших бледных лиц.
Разукрасим облака
Яркой краской звездных круп.
Птицы пусть парят, пока
Не попались к нам на суп.

На зверье готов капкан,
Все для наших животов.
Сыты мы, у нас давно
Отложение жиров.
Мы еще плоды пожнем -
На земле не хватит мест.
Все умрут, и мы умрем,
Кто-то нас когда-то съест.



Баба с усами

Степь
И, конечно же, ветер.
Я
Расстаюсь со снами.
Луна –
Это баба с усами,
Сверлит меня своими глазами.

Я
Тихо двигаюсь к морю
С зонтом
И в медвежьей шкуре.
Смотрите
И рисуйте с натуры,
Что я нашел в этой дуре.

Она
Приглашала на ужин:
На первое будет
Вода из лужи,
Потом лопухи
Из Брянского леса –
Мол, так я избавлюсь от лишнего веса.

Все
Было очень красиво –
Лед
И цветущие сливы,
Хрустальные замки,
Немые пейзажи,
И даже трава поступила в продажу.

Шаман
С видом местного Будды
Покажет мне
Золота груды.
«Оставайся здесь,
Если захочешь» -
Предложит мне, так, между прочим.

Было бы здорово,
Только противно
Быть идиотом
Чрезмерно наивным.
И, стало быть,
Этой бабе с усами
Меня не завлечь своими глазами.

Степь
И, конечно же, ветер.
Я
Расстаюсь со снами.
Луна –
Это баба с усами,
Сверлит меня своими глазами.



Кляча

Как старую клячу
Впрягли в телегу.
Последний путь
По первому снегу.
Ее усталые ноги
Бредут еле-еле.
Последний путь -
Так что вы хотели.

И тот, что верхом,
Он тоже не вечен,
Он ищет свою
Последнюю встречу.
Как чудо-луна
Его в гости заманит,
Он - снег по весне,
Он со снегом растает.

Теченье судьбы
Не переиначить,
И что там осталось
Наезднику с клячей?
И в этом есть смысл -
Раз взялся за вожжи,
Уже все равно -
Днем раньше,
Днем позже.



Гризли

Зачем ты будишь мои мысли
И нарушаешь мой покой?
Ведь все прошло, а где-то гризли
Идет с пробитой головой.

Я был в Раю, где все так стройно,
Я был в Аду, где все кипит.
Вот так и мне, как гризли, больно,
И вся душа моя горит.

О чем я думал, чем я мыслил,
Когда свой ствол я наводил?
Природный брат, мой милый гризли,
Ты тоже жизнь, как я любил.

Зачем ты будишь мои мысли
И нарушаешь мой покой?
Ведь все прошло, а где-то гризли
Лежит с пробитой головой.



Матушка Волга

Вдоль Матушки-Волги
Спокойно и чисто.
Теченье несет
Пустые канистры.
Чуть дальше от пляжа -
Стайка нудистов.
За ними следят
Два тракториста.

Они уже выпивши
Были солидно,
И эта тоска -
Ну просто обидно.
Какой там - работа?
В желудке расстройство.
А здесь они просто
Из-за недовольства.

Вдоль Матушки-Волги
Хиппи и панки,
Голые бабы,
Солдаты да танки.
И тем и другим
Нужна самая малость -
Что б каждому что-то
От жизни досталось.

Вдоль Матушки-Волги
Воют собаки.
У берега тихо
Сидят вурдалаки.
Курят гашиш,
Деля меж собою
Чеснок и осиновый кол
С колбасою.

Вдоль Матушки-Волги
Растут помидоры,
Сады да дома,
Да косые заборы.
Вдоль Матушки-Волги
Такое раздолье,
И в общем-то здесь
Все довольно спокойно.



Небесные дурочки

Штопает песок, как носок,
Каплями заботливый дождь,
Зонтом отдаваясь в руке –
Дрожь по реке.

Это мальчик-ветер, волнуясь
Касается мокрого тела, и она,
Пряча свой зимний платок в глубину,
Принимает его нежные вздохи.

Плохи дела – день закрыт на замок.
Ему нельзя туда, где спит ночь,
И он, попрощавшись,
Идет на восток.

И только Луна – дочь вечного сна –
Корчит свою круглую рожицу,
Плюет с потолка
Гроздьями звезд.

Небесные дурочки
Попались на удочки,
Падают в лужицы –
Головы кружатся,
Задавая свой последний вопрос,
Гаснут окурком ночных папирос.
Лишь ты
Знаешь, куда течет твоя река.
Лишь ты
Держишь в ладонях капли слепого дождя.
Твой путь – это дыханье земли,
Как вздох тихой ночи и выдох шумного дня.
Так пусть будет вечно то, что любит тебя.


Последний мир

На небе еще одним стало меньше –
Пойди, потанцуй по его голове.
И ржавое солнце больше не блещет
Чистой росой в глубокой траве.

На ране окоп, и не с кем стреляться.
За десять шагов нифига не видать.
Идти на пролом – чему удивляться?
Махать головой? Нет, лучше бежать.
Принимай как знаешь этот последний мир.
Принимай как знаешь этот последний мир.
Туманное утро – не тема для песен,
Висеть меж землею и небом – не то.
Все споры вокруг – кто же правильно взвесил
Свои башмаки, штаны, да пальто.
Принимай как знаешь этот последний мир.
Принимай как знаешь этот последний мир.


Второй фронт (песня для В.Д.)

Урони звезду в объятья проржавевшей любви,
Обреки своих драконов, дай грехам имена,
Пусть все выглядит забавно,
И игра есть часть тебя –
Рот замком, карман пошире от заката до утра.

Одари всех, кто не слышал о развязанной войне,
Откажись от спелых вишен – их достаточно в вине.
Уходи, когда стемнеет –
Пусть им будет побольней,
Оттого, что в наше время досок нет и нет гвоздей.

Раскрути свою скакалку, закрути водоворот.
Завтра будет очень жалко, а сейчас – наоборот.
Объяви себя изгоем
И уйди за горизонт
К тем, кто пишет на обоях про второй ненужный фронт.



Чудо №8

Разбилось зеркало – какой недобрый знак!
Упали на пол семейные портреты.
Еще немного – и нарушится контакт,
И оборвется путь недолгой узкой ленты.
Висит тоска подковой на дверях,
Мир пустоты, грядущей перемены
Стучит в окно и тычет прямо в пах
Ее невидящие разницы колена.

Под колесом истории трещат
Корнями вросшие в учебники поэты.
Одни архивы и седой табачный чад
Переживут небесные советы.
Диеты нет от старческих морщин,
Не сохранить красавицам фигуры,
Не уберечь ни женщин, ни мужчин
От колеса такой могучей дуры.

На соль рассыпанную молится народ,
Глаза навыкате, в преддверии скандала.
Перед ногами суеверный черный кот
Оставил лужицу из Беломор-канала.
Споткнувшись левою ногой в нечетный день,
Тринадцать пятниц, полярных, полнолунных,
Шагают умницы в ушанках набекрень –
Восьмое чудо бесконечно полоумных.



Кто-то видел

Все – неправда, все – не честно,
Врут поэты, лгут невесты,
Все – отрава, все – из яда,
Нет вина из винограда.
Указатели, таблички,
Нет любви – одни привычки.
Все тепло ушло из дома,
И в душе – одна солома.
Где мое копье?
Где мой щит, и где мое забрало?
Кто-то видел, как меня не стало.
Ходят злые великаны,
Ставят сети и капканы,
Одноглазые циклопы
Протоптали всюду тропы.
Солнце встало медным тазом,
Да и то лишь над Кавказом,
От Луны одни обломки –
То сомнения, то ломки.
Где мое копье?
Где мой щит, и где мое забрало?
Кто-то видел, как меня не стало.
Время стерлось, нету время,
У часов пробили темя.
Не добившись разрешенья,
Часовых лишили зренья.
Все – неправда, все – не честно,
Врут поэты, лгут невесты,
Все – отрава, все – из яда,
Нет вина из винограда.
Где мое копье?
Где мой щит, и где мое забрало?
Кто-то видел, как меня не стало.


По теченью (Блюз)

Терпкий запах
Излучает эта ночь,
Злые тени
Улетают тут же прочь.
Лишь заслышав
Сквозь незапертую дверь
Голос чудный,
Нас зовущий в никуда.
Тихим ветром
Принесенные сюда
Звуки скрипки,
Шелест ветра и стон
Навивающих волн
Нас пробудит от сна,
И тогда я увижу тот свет.

По теченью
Так не хочется плыть,
Скорой ленью
Надоело любить.
Рок держит ту нить,
По которой пройду я сквозь мрак,
И в небе звезда,
Что укажет мне правильный путь.



Любовь по интернету

Уступая дорогу тем, кто спешит,
Она смотрит вперед и видит затылки.
Здесь не будет воды ближайшие дни,
Пока принимают пустые бутылки.
И она будет ждать – а что делать еще? –
Под дулом своего пистолета.
Я завидую ей – она скоро поймет,
Что такое любовь по Интернету.

Уступая дорогу тем, кто спешит,
Она смотрит налево, смотрит направо.
Но с обоих сторон никаких новостей,
В эфире – тоска, тишина гробовая,
И ее позывные на иной частоте.
Это было между зимой и летом.
Я завидую ей – она скоро поймет,
Что такое любовь по Интернету.
Дайте ей крылья – и она будет здесь
С минуты на минуту.
Дайте ей крылья – и она будет здесь
С минуты на минуту.
Уступая дорогу тем, кто спешит,
Она смотрит назад, не веря глазам.
Там остались все те, кто ни «против», ни «за»,
И живущие так же по старым часам.
И она будет ждать – а что делать еще? –
Под дулом своего пистолета.
Я завидую ей – она скоро поймет,
Что такое любовь по Интернету.
Дайте ей крылья – и она будет здесь
С минуты на минуту.
Дайте ей крылья – и она будет здесь
С минуты на минуту.


Просто Мария

Улыбнись-ка мне, родная,
Я в руках твоих сгораю,
Я у ног твоих робею -
Эротическое время.
Улыбнись-ка мне пошире,
Нет тебя прекрасней в мире,
Нет тебя милей и чище.
Ты присядь, а мы посвищем.

Ты как расщепленный атом,
Повествуешь легким матом.
Для земли мелиоратор,
Для больных транквилизатор.
Ты как швейная машина -
Две иглы, одна резинка.
Ты штурвал для самолета -
Я бы стал автопилотом.

Ты косяк для наркомана,
Пару сотен в два кармана,
Ты рычаг для тракториста,
Ты собака трех танкистов,
Ты как "скорая" у дома -
Позвонишь, и ты готова,
Всей Земли флюорография,
Ты для нас - Просто Мария.



Возьми эту любовь

Вот и все - оттанцевали,
Кончил бас, погас Пегас.
Где агент? Агент в провале -
Он рояля не припас,
Прокололся в переменах,
Шаг в пустую, на авось.
Справа шепчут мне: «Измена»,
Слева: «Брось!»

Соткан вечер, крошки хлеба.
Надо мной Луна в прицел.
Чаще б я смотрел на небо -
Может бать остался б цел.

Я - законченный день,
Я - замок на петле.
Моя жалкая тень
Растворилась в тебе
Возьми эту любовь
Без конца и начала,
Возьми эту любовь -
Это все что осталось.
Возьми эту любовь
Без конца и начала,
Возьми эту любовь,
И попробуй сказать, что мне мало.
Было время - спустишь брюки -
Все стоит на сто дорог.
Дело есть - да я безрукий,
Время нет - а я без ног.
Душа с телом где-то ходят,
И мотор мой без руля.
Машинально мысли бродят,
Ищут «Мы» - находят «Я».

Законченный день.
Замок на петле.
Жалкая тень.
Круги на воде.
Возьми эту любовь
Без конца и начала,
Возьми эту любовь -
Это все что осталось.
Возьми эту любовь
Без конца и начала,
Возьми эту любовь,
И попробуй сказать, что мне мало.


Холостой

Занимаю свободную нишу,
Погружаюсь все глубже и глубже,
Ни кого не слышу, не вижу,
На душе ни лучше, ни хуже.
Смысл жизни меня не тревожит
Да и бренность почти не волнует.
Мое тело под собственной кожей.
Я качусь, куда ветер подует.
Кто-то - слеп,
Кто-то - зряч,
Кто-то - чересчур горяч.
А я как все -
То с тем, то с той.
Я - холостой.
Ни в себе, ни в других не копаюсь,
Не пугаю и сам не пугаюсь,
Не расту и не уменьшаюсь,
Не кажусь и не растворяюсь,
Не роняю и не поднимаю,
Не беру и не занимаю,
Не молчу и почти не болтаю,
Не умею и не летаю,
Кто-то - слеп,
Кто-то - зряч,
Кто-то - чересчур горяч.
А я как все -
То с тем, то с той.
Я - холостой.
Мне бы пулей в кого-то вонзиться,
Полюбить и мгновенно жениться,
Жить как все, на кого-то молиться,
Умереть и отбросить копытца.
Кто-то - слеп,
Кто-то - зряч,
Кто-то - чересчур горяч.
А я как все -
То с тем, то с той.
Я - холостой.


Герла

Ко мне заходила герла под вечер,
Я ей с порога: «Плиз, комон!»
Мы с ней уселись по-турецки
И долго гнали самогон.
Затем я все ж накрыл свой тэйбл,
Достал закуску и компот.
Мы, как и весь совковый пипл,
Плясали буги и фокстрот.

Когда же вайн ударил в крышу,
Мы с ней решили покурить.
Я закатал такого драпу,
Что можно было бы не пить.
Мы хохотали по-французски,
А выражались на родне –
На нашем самом лучшем русском
Мы матерились языке.

Но тайм идет – уже полуночь.
Мы с ней уселись на кровать.
Я вдруг обнял герлу за плечи
И начал страстно целовать.
Затем все как в индийском фильме –
И ночь, и звездочки в окно.
Вот только бы не вышел чилдрен
Из нашего Мосфильм-кино.

А по утру, попивши кофе,
Герла сказала мне: «Ну так-с!
Чувак, достань-ка свой э-пенсил
И запиши мой телефакс!»
Она ушла, а я остался
Скучать и, может быть, страдать.
Ах, этот сладкий дивный вечер
Я буду долго вспоминать.

А днем пришли бойцы-дружищщи,
Им бэд сутра – я им налью.
Я им спою про йестудэй,
И, стало быть, про лайф мою.
Они поймут меня, я знаю –
У них ведь в жизни точно так.
Мы чем-то, в принципе, похожи,
У нас один на всех ништяк.



Сторожа

Что вам спеть, когда уснут
Ваши сторожа?
О беспомощности ночи
Перед тайнами ножа,
О прошедшем и грядущем -
Только кто меня простит?
Тот, кто должен это слушать,
Тот, наверно, крепко спит.

Но увидят же конечно
Ее ясные глаза,
Как стреляют в поднебесье
Разноцветные леса,
Как гуляет в небе птица
С не укрытой головой.
Сон - не то, что вечно снится,
Это млечный путь домой.

Разбуди меня - я тоже
Буду сторожем твоим.
Мы не то чтобы похожи,
Нам не тесно здесь двоим.
Нас качает параллельно
Необузданным весам
От любви до отвращенья,
То к Земле, то к небесам.

Называй меня как хочешь -
Мне без разницы кем быть.
Нам дано, увы, короче,
Чем отведено любить.
Мы уже не в самом центре,
Но еще не на краю.
Всех нас ждет одно и тоже -
Возвращение к нулю.



Сани

Ехали куда-то сани,
Ехали куда-то сами
По дороге край села,
Снег скрипел, да ночь темна.

А за ними - весь народ,
Тот, который год все пьет.
Глотки рвут, кричат – Постой!
Ветер, да карман пустой.

Что есть духу мчались сани,
Откликаясь бубенцами:
- Вы нам больше не друзья,
Да простит нас мать-земля!

И устал народ бежать,
По домам – на печь, да спать.
А в печи нет больше дров,
Сотни лишь голодных ртов.

Охали бабы да старухи,
Разводя повсюду слухи:
- Во-дел, мужики напились!
Сани сами укатились!

А в лесу за полем сани
Потихоньку замерзали.
И пошел туда народ.
Поклонившись, молвил:
- Вы простите нас, добрые сани.
Бес попутал, но – Господи с нами!
Больше мы так пить не будем.
Но, как ни есть – мы ж русские люди…

Люди,
Слышите, люди?



Через лужи мосты

Мраморный дядя меня зазывает,
Стою перед ним, как ослепший боец.
А на площади утро, каких не бывает.
История здесь обретает конец.

Вчерашние дамы разошлись по квартирам,
Уютно живут и честно рожают детей.
Вчерашние песни в коммунальных сортирах
Веселят пенсионных вчерашних вождей.

Через лужи – мосты, я по ним побегу!
Смотрите, друзья – я на том берегу!
Через лужи – мосты.
Я на том берегу!

Три шага, три года – даже как-то не много.
Может это не повод что-то с чем-то делить.
Я по-новому буду шагать по старым дорогам –
Слава богу, меня уже научили ходить.

Через лужи – мосты, я по ним побегу!
Смотрите, друзья – я на том берегу!
Через лужи – мосты.
Я на том берегу!



Серенький козлик

Жил-был у бабушки серенький козлик.
Жил-был у бабушки серенький козлик.
Сандели били мундели
Бабаяси тпрру яси
Бабаюньки-тютюньки -
Красные плавки.
Бабушка козлика очень лбила,
Красные плавки козлику шила.
Сандели били мундели
Бабаяси тпрру яси
Бабаюньки-тютюньки -
Красные плавки.
Напали на козлика злые пиявки,
Остались от козлика красные плавки.
Сандели били мундели
Бабаяси тпрру яси
Бабаюньки-тютюньки -
Красные плавки.


Другие альбомы:

Пленка тумана
Мало места
Время А.Э.С.
Пишите письма. Часть 1
Крым, Рым и медные тазики
Фанера над Парижем
Абориген А-ХУ-НАХУ
Макароны по-плотски
beatheaven (наброски)
Свидетель
Беz ломоv
Мистер Боткин (демо-сингл)
Linollium
Закадыка
Neumann Exercises
Мысли ОЗУ
Альпинисты
Трыньдецъ
Радио ПШ
Ёперный театр
Мурка
Альтернатива для зависающих
Небезнас
Нумизмат
Олимпиада и стрижи за окном - часть 1
Олимпиада и стрижи за окном - часть 2
Нелюдим
Мои сегодня и вчера
Графиня и графин

© Пасхальное Шествие, 1999-2021
design by SDK